{% currentStation == 'nashe' || currentStation == 'rock' ? 'Сообщение ведущим' : 'Сообщение в эфир' %}

Отправить сообщение

Сообщение бесплатное

Ваше сообщение отправлено!

Авторизация через социальные сети
Вконтакте
Новости НСН

Дельфин: искусство маленьких шагов

Вся страна заговорила о Дельфине (Андрее Лысикове) в 2000 году, когда Андрей Вознесенский выдвинул своего тезку как молодого поэта на премию «Триумф». Тех же, кто следит за сольным творчеством Дельфина, эта и множество других наград не удивляют, ведь музыкант остается одним из самых интересных и глубоких артистов в России. В интервью «Философии отдыха» он рассказал, как важно жить настоящим, оставаться самим собой и каждый день продолжать делать свое дело.

— Андрей, свой предыдущий альбом «442» вы назвали «раздраженным откликом на происходящее в стране и мире». Новый альбом «Край» кажется стилистическим и смысловым продолжением «442». Как вы можете его охарактеризовать?

— Да, можно сказать, что «Край» – это продолжение и завершение истории с социальной направленностью. Просто хотелось договорить до конца и оставить эту тему, тем более, что ничего не изменится никогда, поэтому лучше говорить о чем-то более приятном и нужном, чем об этой ерунде. На пластинке появились и другие, более личные песни, и я думаю, что как раз они важнее.

— В альбоме «Край» вы недвусмысленно называете Россию «страной бесконечных туч», говорите, что «надежда коснулась дна»… Ваш прогноз на настоящее и будущее пессимистичен?

— Да. При всем моем желании не думаю, что он мог бы быть хоть сколько-то оптимистичен. К сожалению, других прогнозов быть не может.

— А вы согласны с тем, что мир в целом стоит на краю, у опасной черты?

— Не знаю… Возможно, нам эту черту все время кто-то рисует. Это какая-то внешняя история, которую нам предлагают, манипулируя нами. А если поговорить с людьми, то никто не хочет даже приближаться к этой черте, никому это не надо. Все просто хотят жить в своих домах, воспитывать детей, вкусно есть, и всё. Кому-то выгодно нагнетать такие настроения, что всему конец и все вот-вот рухнет, это делается в чьих-то интересах.

— Какой из своих 11 альбомов вы считаете наиболее ценным художественным высказыванием? С каким альбомом или песней хотели бы остаться в истории?

— Сложно сказать, потому что по сути это жизненный дневник. Странно было бы из дневника выбирать лучший день. Ты просто фиксируешь, что с тобой происходит. У меня к этому такое отношение.

— Судя по вашим текстам, вы очень реально воспринимаете жизнь, не прячась от ее боли и несправедливости за вечным позитивом. Что вам дает силы и мужество жить?

— В первую очередь, возможность высказаться, сформулировать свои выводы по поводу происходящего, облачить их в форму текстов, песен, музыки. Это очень помогает освободиться. Не могу сказать, что я создаю стерильные условия для своих близких, но мы почти не говорим обо всем этом дома. Я проговариваю, но во внешнюю среду, и этого достаточно.

— В альбоме «Край» есть противопоставление мира детей и мира взрослых – разумеется, не в пользу последних. Получается, быть взрослым – значит стать конформистом, или есть другие варианты? Что такое для вас взросление?

— К сожалению, других путей нет, я их не вижу. Взрослея, находясь среди подобных нам, мы принимаем правила этой игры и становимся такими же, как и все: любим, ненавидим, обманываем, предаем… Это не плохо и не хорошо, это просто человеческая натура. Это схема существования, и с ней ничего нельзя поделать. Если ты ее не принимаешь, то уходишь в монастырь, становишься отшельником и так решаешь эту проблему.

— Вас волнует то, чтобы быть хорошим примером для своих детей? Чему вам хотелось бы их научить?

— Конечно, хочется быть хорошим примером, но нельзя сделать это искусственно. Просто надо быть тем, кто ты есть на самом деле, высказывая свое мнение по спорным вопросам и просто общаясь. Я с детьми такой, какой есть: у меня есть свои проблемы, свои сложности, какие-то плохие черты, какие-то хорошие.

— Андрей, в конце 1990-х – начале 2000-х вы были голосом поколения. 20 лет спустя о вас можно сказать то же самое. Каково это? Чувствуете в связи с этим повышенную ответственность?

— Да не знаю… По большому счету всем вообще все равно… Да, есть люди, которые откликаются на то, что я делаю. Большое спасибо им за это. Их не очень много, но они есть, и то, что я делаю, им нужно. Это очень приятно, но, я думаю, они спокойно могли бы обойтись без меня и найти себе утешение в чем-то другом.

— В чем вы видите свою задачу? Были у вас когда-то иллюзии, что вы можете изменить мир, и такое желание?

— Я верю в то, что если ты просто пытаешься делать максимально хорошо то, чем занимаешься, то вот это делание как раз меняет мир вокруг тебя и людей, которые видят в этом что-то важное для себя. Вот таким образом это работает. А такой цели: проснусь утром и напишу что-то эпохальное, – у меня нет (улыбается). Просто у меня есть какая-то идея, и я хочу довести ее до возможно высокого для меня уровня. Или хочу сделать что-то новое, то, чего раньше не делал. Маленькие шажки каждый день – чуть больше, чуть больше… Надо продолжать, потому что мы никогда не делаем законченных вещей. Так когда-то Илью Репина перестали пускать в Третьяковку: его картина уже висела на выставке, а он приходил с краской и подрисовывал что-то, потому что это бесконечный процесс…

— В 2000 году вы говорили, что довольны тем, как все складывается, и «главное – не изменять самому себе и не делать каких-либо дополнительных движений для специального расширения своей популярности». По-моему, вы остались верны этому принципу, а при этом вы суперпопулярны. В чем секрет?

— Не то чтобы я суперпопулярен, мы не собираем больших концертных площадок. 2000–3000 человек – это наш предел, потому что на то, что мы делаем, не очень большой спрос. Но это хорошо (смеется), это нормально, значит, мы все делаем правильно.

— Вас бы удивило, если бы у вас был большой стадионный концерт?

— Ну да. Значит, что-то пошло не так…

— Насколько важен для вас коммерческий успех того, что вы делаете?

— Это не основная цель, но, конечно, он важен на каком-то уровне, потому что даже на этапе производства происходят большие затраты. Если бы денег было больше, было бы лучше, но что есть, то есть. При этом отсутствие нужных денежных средств иногда приводит к интересным решениям (смеется), когда приходится придумывать что-то, чтобы решить вопрос по-другому.

Фото — Валентин Блох

— Вас слушают люди разного возраста, статуса… Что еще можете сказать о своей публике?

— Наши слушатели очень разные, но, мне кажется, всех этих людей объединяет желание получить ответы – которых мы не даем, конечно. И у меня самого такое желание есть.

— Андрей, вы долгое время сотрудничали с Павлом Додоновым, сейчас работаете с барабанщиком Василием Яковлевым и гитаристом Игорем Бабко. По каким принципам выбираете музыкантов?

— Основное качество – это максимальное желание самовыражения в рамках заданной истории, ведь какими бы ребята ни были талантливыми музыкантами, мне хочется делать с ними что-то определенное. И если они готовы со мной сотрудничать, прекрасно.

Игорь и Вася идеально подошли для периода, в котором мы сейчас находимся. Они шикарные музыканты, очень комфортные люди, и то, что у нас получается, меня устраивает вполне. И главное, за те несколько лет, что мы играем вместе, я вижу, как они выросли, превратились в каких-то музыкальных монстров (улыбается).

— Вам никогда не хотелось освоить музыкальный инструмент, чтобы получить больше свободы в творчестве?

— Я в основном занимаюсь программированием, потому что мы используем электронные сэмплы, в этой области больше себя нашел. Я бы, конечно, с удовольствием удивил гостей, сыграв им на рояле, но, к сожалению, это не так.

— А у вас дома есть рояль?

— У меня есть электронное пианино. Так иногда, бывает, с утра сядешь, поперебираешь клавиши, в основном белые, и вроде настроение наладилось.

— Вы пишете по вдохновению, или это ежедневная тренировка? Долго шлифуете текст, или по-разному случается?

— Когда приходит идея, бывает, что просто сядешь и тут же напишешь несколько, пусть и корявых, строчек, а потом их правишь, заменяя слова… А иногда долго ходишь, и ничего не идет, а потом что-то щелкает и как будто само собой пишется. И если раньше можно было просто писать слова, то в последнее время они обычно сразу привязаны к музыке.

— Вам нужны периоды внутренней тишины, паузы? Что происходит в это время, чем занимаетесь?

— Не помню, когда в последний раз было такое время (смеется). Поскольку у нас живая концертная история, я постоянно нахожусь в процессе: возвращаюсь к старым песням, стараюсь новое делать, и все это одновременно происходит…

— Есть песни, которые вы больше не исполняете, не хотите играть?

— Думаю, я стал более-менее осознанным артистом после выхода пластинки «Ткани». До этого все было, конечно, неплохо, но это было такое, в общем, детское творчество.

— Вас задевает критика? Читаете рецензии и то, что о вас пишут в соцсетях, или вам важнее свое мнение?

— Не, я не читаю. Иногда мне менеджмент что-то рассказывает, но я специально за этим не слежу. Для меня наиболее важно мнение моих близких: они мне точно скажут, хорошо это или плохо, заметят какие-то детали, которые я мог пропустить. А все остальное – это внешняя среда, которая абсолютно мне безразлична.

— Что вас радует, наполняет? Куда вы сбегаете от реальности?

— Да от нее не сбежишь, как бы ни хотел… А радуют меня успехи детей, интересные знакомства, возможность чему-то научиться от людей, с которыми познакомился, какие-то свои личные маленькие совершенно открытия.

— У вас уже практически взрослые дети. Замечаете в себе по отношению к молодым желание сравнивать «А вот в мое время!..», или молодежь вас, скорее, воодушевляет?

— Скорее воодушевляет, да. Я вообще не могу сказать, что было в «мое время», я не помню, что там было, потому что всегда думаю о будущем: строю планы, пытаюсь понять, что меня ждет, как к этому готовиться.

— Прошлое настолько далеко от вас?

— Да, я никогда не жил прошлым. Я очень сильно в настоящем нахожусь и из него смотрю в будущее. Живу именно сейчас.

— Молодые музыканты или поэты показывают вам свои работы, чтобы получить оценку, совет? Бывает такое?

— Бывает, но редко. Людям, которые действительно что-то делают, обычно не нужно от других подтверждения, что они чего-то стоят. Они самодостаточны уже изначально, поэтому просто делают свое дело. А те, кто хотят самоутвердиться за счет моего мнения, чаще всего приносят полную ерунду. Ну, я им так и говорю.

— В России за последние 50 лет было три мощные волны, когда в музыке появлялись личности: шестидесятники, рок-клубовская история и конец 1990-х – начало 2000-х. Каждая эта волна была связана с тем, что людям хотелось новой искренности и новых тем, хотелось проговорить что-то важное для себя. Как вы считаете, в ближайшем будущем можно ждать появления новых имен, или стагнация жизни порождает и застой в искусстве, ведь сейчас много похожих друг на друга групп и сложно выделить яркие имена?

— Я думаю, обязательно что-то должно случиться, обязательно. И возможно, ситуация, когда мы имеем очень большое количество исполнителей, которые, грубо говоря, мало чем друг от друга отличаются, еще больше усугубится, и тогда вспыхнет что-то совершенно другое, мегаталантливое, а все это болото станет отличным фоном для новой звезды.

— В одном интервью вы сказали, что «просто хорошо делать то, что ты делаешь» – это главный повседневный подвиг. А как бы вы ответили на вопрос о смысле жизни?

— Я думаю, смысл жизни в том, чтобы просто жить (смеется). Это прекрасное удивительное путешествие, в котором мы все находимся. Оно с печальным концом – об этом нужно помнить и каждый свой день нужно наполнять интересными событиями и радовать тех, кого мы любим, какими-то мелочами. Вот и всё, что нужно делать. Всё очень просто.

Подписывайся на нас в Яндекс.Дзен

Вернуться к списку новостей

Новости, которые вас могут заинтересовать

Другие статьи по тегам

{% status[currentStream]['station'] %}

{% status[currentStream]['artist'] %}

{% status[currentStream]['title'] %}

НАШЕ Радио

{% artistOther('nashe') %}

{% songOther('nashe')%}

{% track.date_formatted %} {% track.artist %} / {% track.title %}

ROCK FM

{% artistOther('rock') %}

{% songOther('rock')%}

{% track.date_formatted %} {% track.artist %} / {% track.title %}

Радио JAZZ

{% artistOther('jazz') %}

{% songOther('jazz')%}

{% track.date_formatted %} {% track.artist %} / {% track.title %}

Радио ULTRA

{% artistOther('ultra') %}

{% songOther('ultra')%}

{% track.date_formatted %} {% track.artist %} / {% track.title %}

Последние
10 песен

Закрыть
{% track.date_formatted %} {% track.artist %} / {% track.title %}