Закрыть
11.11.2015

Широкие штаны и розовая шапочка

 

drive event   Андрей Ломанов для проекта DRIVE EVENT 

Что такое аэродинамика в автомобильном мире, думаю, никому объяснять не надо. От этого, порой, зависит если не все, то почти все. Поэтому и люди, знающие толк в этом деле, всегда будут на хорошем счету. Сегодня у нас в гостях человек с лучшей аэродинамикой, которая только доступна человеку – ведущий автомобильных эфиров на «Нашем Радио»  Андрей Ломанов.

Секс, Авто и Рок-н-Ролл. Это надпись на кружке, которую мне подарили на один из дней рождения. Подарили два человека, которые сделали из меня радиоведущего. Не ищите прямых ассоциаций. Просто это три слова, которые определяют крутого мужика! И именно таким он должен быть для слушателей, зрителей, читателей! Да и для всех остальных, наверное, тоже.

Не думаю, что многим будет интересная моя биография, начиная с пеленок. Пролистаем меня до студента. В 16 лет поступил на журфак ВПШ (на пугайтесь – это Высшая Партийная Школа). На первом курсе стал подрабатывать корреспондентом в музыкальном телешоу «50 на 50». Декан нашего факультета, который, к слову, многие годы делал программу «Служу Советскому Союзу» говорил мне: «Зря ты идешь на телевидение. Телевидение – это не журналистика». И я не раз вспоминал его слова. Впрочем, в «фифти-фифти» я долго не проработал.

ломанов

В тот момент, когда молодые реформаторы кроили под себя остатки Советского Союза, попал в «Известия», где на меня возложили тематику науки и техники. Это была безумно интересная работа, ведь тогда мы грезили полетом на Марс, но платили за тексты 30 баксов в месяц. Так что когда мне предложили 500 долларов в малотиражном отраслевом журнале «Мастер 12 вольт», я сказал: «Черт возьми, согласен»!

Потом, как настоящему мужчине, мне захотелось поиграть в машинки, и я устроился в журнал «Автомобиль и сервис», который выпускали бывшие журналисты «За рулем». У нас был огромный автосервис и за каждым журналистом была закреплена «своя» зона ответственности – у меня, например, электроника и системы безопасности. В моем подчинении был Мастер. Питерский парень, который за пару минут заводил любой автомобиль без ключей, обходя любые охранные системы. И однажды мы пошли с ним на презентацию замка Mul-T-Lock. Гостей поделили на группы и предложили попытаться вскрыть замок на время. По легенде, спец из МВД справлялся с этой работой, скажем, за 2 минуты. Мой товарищ глянул на кузов машины, на замок, на инструмент, который нам выделили для «черного дела», и говорит: «Я вижу тут один небольшой «косяк». Сейчас вскроем». Через четыре секунды после запуска секундомера рычаг переключения передач был в положении «нейтраль», а голова технического директора Mul-T-Lock практически на глазах поседела.

Далее в послужном списке был «WhatСar?», где я проработал аж 7 лет. Классная была работа! Кстати, про клички. Была у меня кличка и ее дал Егор Добровольский, который звал меня, да и сейчас зовет не иначе как «Док». Прицепилась сразу. Егор вообще приклеивал «погоняла». У одного Андрей Костомарова их было около 20 и он на все откликался! От безобидных «Валера», «Гарри» и «Хлебороб» до тех, которые нельзя озвучить.

«WhatСar?», кстати, был единственным местом, где в принципе не было текучки кадров. Мы набирали новых сотрудников себе в редакцию, но никто за все время не ушел. А потом всех нас «ушел» кризис. Затем был «КоммерсантЪ», а из него за двойную ставку меня выкупил Саша Евштокин и забрал к себе «CAR». Саша, уверен, ты читаешь это интервью. Вот, что скажу: ты сложный начальник, но мне было приятно поработать с тобой и всей той командой, у которой креатив стоял во главе угла!

С 2010 года в моем резюме стоит открытая графа с местом работы «Наше радио». И, если честно, закрывать ее я не собираюсь. А попал я на радио очень странным образом. Через месяц после знакомства с Людмилой Стрельцовой, на презентации Subaru у меня зазвонил телефон: «Приходи, попробуем тебя в эфире». Я ломался, но недолго, потому что с самого появления в эфире «Нашего Радио» хотел там работать. Пришел, сел за микрофон, опыт нулевой. Я заранее подготовил кучу тем, дома отрепетировал, но когда загорелась лампочка «On Air», я понял, что мне страшно: прямой эфир, федеральных охват. За час я восемь раз вытер пот, выжал майку и снял ботинки. Мне даже показалось, что в итоге все вышло не так уж и плохо, но через годы я выяснил, что мои опытные соведущие сочли этот эфир полным провалом. Но от меня не отказались. И я горжусь, что меня учили такие гуру радиоэфира как: Людмила Стрельцова, Катя Сундукова, Павел Картаев, Вахтанг Махарадзе, Игорь Седов.

779796_900

Без рассказа про телевизор мне не обойтись. И вот, что я скажу.
Телевидение и радио, как говорят в Одессе – две большие разницы. Радио – штука, которая всегда тянет тебя к каким-то новым высотам, к постоянной работе над собой. Тебя не подсиживают, не вставляют палки в колеса. Телевидение – как мудро сказал мой декан, это – не журналистика. Хотя, что лукавить, мне было любопытно поработать главным редактором на старте «АВТО24». Бешеный ритм, новые продукты, требующие разработки и отладки. Но все это интересно исключительно на старте, когда каждый сотрудник пылает энтузиазмом и готов не спать ночами, лишь бы сделать сюжет лучше конкурентов. Потом начинается потоковый продукт, нестыковки, склоки, подковерная игра, нелепые обиды. Ушел я по двум причинам: а) я сделал, что хотел и научился чему хотел; б) нервы не восстанавливаются. Ну а еще я прекрасно понимаю, что у нишевого телевидения в классическом формате нет будущего. А я не люблю просиживать штаны.

С биографией разобрались. Поехали дальше. Сегодня я – это три программы, идущие в прямом эфире на «Нашем Радио», и одна в записи, но «впрохлест» на радиостанциях «RockFM», «JazzFM», «BestFM», «Наше Радио». Забегая вперед, скажу, что в 16-го ноября выйдет новая авторская программа на «Rock FM», которая будет очень долгожданной, оригинальной и интересной. Мы с ней долго возились, пробовали, тестировали и теперь уверены, что это будет круто.

Меня часто спрашивают, почему я не веду фестиваль «Нашествие». Думаю, что 2015-й год, последний, когда мне довелось «пофестивалить» на зеленой траве у главной сцены. Скорее всего, в будущем году развлечение превратится в работу! Кстати, я каждый раз с огромным удовольствием езжу на «Нашествие» и могу точно сказать, что рок-н-ролла, и как ни странно порядка, с каждым годом становится все больше и больше. Последнее «Нашествие» посетило за 200 000 человек с географией от Владивостока до Калининграда. Кстати, мы с Вахтангом Махарадзе – единственные, кто смог на «Нашествии» заказать песню. За кулисами мы упросили Лусинэ Геворкян спеть песню Виктора Цоя – «Перемен»!

779484_900

Что-то очень гладко все получается, да? Давай немного «компромат плизира» добавлю. Очень смешная история была на Нашествии 2012-года. Я изменил свой взгляд на полицию, после того, как два ОМОНовца помогли мне, нафестивалишемуся, грязному и уставшему, попасть кратчайшим путем в палаточный лагерь «Нашествия». Своими ногами, через главный вход я бы уже не дошел, а они подставили свои мужественные спины, чтобы я мог перелезть через забор!

Еще одна история уже эфирная. Однажды Люда Стрельцова сказала: «Если ты не вел эфир «под мухой», то ты не вел эфир в принципе», и зачем-то достала фляжку коньяка. Только бы не опозориться – это единственно, что тогда крутилось в голове. Не опозорился. И только позднее я узнал, что многих гостей специально расслабляют перед эфиром, чтобы не было лишнего напряжения. Впрочем, я все равно считаю, что работа и алкоголь – штуки несовместные.

Бывает ли мне стыдно за эфир? Конечно бывает. Бывают коммерческие истории, где приходится рассказывать о продукте, которые лично мне совсем не интересен, а бывает стыдно, когда в прямом эфире слушатель спрашивают: «А какие высоковольтные провода лучше всего купить за 1000 рублей?» И ведь как назло у тебя нет тех тридцати секунд для того, чтобы открыть Google и найти хоть что-нибудь про эти чертовы провода. Поэтому ответ в этом случае один: хорошие.

779158_900

Самый идиотский вопрос от слушателя звучал следующим образом: «Как сделать унитаз в автомобиле?» Мы сперва хихикали, а потом пришло уточнение о том, что вопрос задавали ребята из спецслужб, которые занимаются «наружкой». И им приходится писать в пятилитровую баночку. Оказалось, что вариантов встраивания туалета в обычную машину существует великое множество.

Часто девушки спрашивают: «Какую машину мне купить? Красную или белую?», я чувствую себя человеком, реально решающим чью-то судьбу. И рекомендую купить красную. Почему? Да потому что мне нравятся девушки в красных машинах!

У меня нет хобби, зато есть удостоверение инструктора служебного собаководства. В студенчестве дрессировкой я зарабатывать за одни выходные столько, сколько среднестатистический советский инженер зарабатывал и за месяц. Но и риск был высокий. Однажды на тренировке бультерьер вцепился мне между ног. Кажется, в этот момент даже собаки перестали лаять. Меня спасли крепкие широкие штаны. Кажется, это были джинсы типа «трубы». Словом, не беспокойтесь, все цело!

Наверное, увлечением можно назвать мотоцикл. У тебя может быть Ferrari, может быть Lamborgini, или даже Maserati, но когда ты приезжаешь на байке – пусть и на недорогом – все девчонки смотрят на тебя. Наверное, в средневековье именно так воспринимали рыцарей в доспехах. А еще эта штука реально объединяет людей. Однажды я остановился на ТТК поговорить по телефону и не было ни единого мотоциклиста, который проехал бы мимо и не поинтересовался, все ли в порядке. Меня очень давно зовут в ряды мотоклуба «Офицеры», организованного пилотажной группой «Стрижи». Зовет Дима Косоруков, тот самый пилот, который машет вам крыльями, пролетая над Москвой во время парада. Единственное условие вступления – надо прыгнуть с парашютом. Я сказал, что прыгать не буду. МИГом порулить готов, а прыгать не буду. Хотя у наших пилотов есть свои способы убеждать. Может, придется прыгнуть! Ну заканчивая про мотоциклы, этой зимой хочу освоить зимний дрифт на эндуро у своего старого друга Дмитрия Гунина. Он обещал, что кости останутся целыми, верю ему на слово!

Кстати, освоил и другую технику. Вспоминая советское прошлое, не надо говорить, что «мы ничего делать не умели». Я вот нашел недавно старый велосипед «Старт Шоссе», перебрал его от гайки до гайки и получил фантастический гоночный аппарат. Еще как умели делать!

Я не обсуждаю политику. Просто не вижу в этом никакого смысла. Политики меняются, меняется интерпретация событий, правда сменяется ложью и наоборот… Гораздо правильнее обсуждать то, что происходит в реальности. Думайте о мелочах, а большое само за себя постоит. Мы такие нервные, потому что плохо и мало шутим. Надо проще относиться к тому геморрою, который нас окружает и чаще улыбаться друг другу.

777820_900

Готовить не люблю. Но есть стряпня, которая мне удается. Вот рецепт. Купите килограмм свежей говядины и килограмм свежей свинины. Дальше дважды прокрутите это мясо в мясорубке. Дважды. Потом добавьте свежий нарезной батон. Размочите его и прокрутите. Потом – черный перец, много лука, соль и обжаривайте в большом количестве масла. Как в анекдоте, где евреям предлагали не жалеть заварки – хлеба и масла надо много. Вы получите идеальные котлеты. Спросите у моей дочки.

Раз уж заговорили про аэродинамику моей головы, то я научу вас бриться! Никогда не нужно покупать дорогие «жилетовские» пенки. Я за прекрасную фабрику «Свобода», которая до сих пор делает самые лучше кремы для бритья и после бритья. Крем для бритья наносится нежно и жирным слоем. После этого берется обычный станок с шестью лезвиями и начинаем плавно водить. В этом деле главное – не заиграться.

Я не спортсмен. Мои потуги закончились на КМС по плаванию, когда тренеры пришли к выводу, что от человека с 42 размером ноги большего ждать не стоит. Зато я навсегда запомнил своего тренера, которую звали Галина. И вовсе не потому, что она была очень жестоким тренером, хотя она им была. Я запомнил ее потому, что однажды забыл на тренировку шапочку. Модную крутую шапочку. Без шапочки меня в бассейн тогда не пускали и тренер Галина выдала мне из закромов женской раздевалки РОЗОВУЮ шапочку с рельефными розочками. Большего позора придумать было просто невозможно. Вы же знаете какие жестокие мальчишки в возрасте тринадцати лет. После тренировки я звонил маме из таксофона, ревел и ей не осталось ничего, кроме как поехать со мной искать новую плавательную экипировку.

Я ничего не сказал про автомобиль? Странно! Дело было так: в 17 лет я убедил маму, что уже умею управлять автомобилем и целый год катался на старенькой «копейке» без прав. Однажды меня остановил ГАИшник и с тех пор я свято верю в то, что в любой непонятной ситуации самое главное – сохранять невозмутимость и широко улыбаться. Я отвез его в винный и мне за это… ничего не было. Во времена «WhatСar?» я налетал часов как стюардесса международных линий. По семь командировок в месяц, и каждая – премьера автомобиля. Поэтому меня трудно заставить говорить про машины – это моя специализация. И, простите, сапожник не любит говорить про ботинки, а проктолог – про анальные трещины.

Никогда не играл в компьютерные игры – считю, что это скучно. Я играю в шахматы, в дартс и в лото на деньги. Лото на деньги – самая крутая игра, которую я знаю. Я вообще не понимаю, чего так переживают, что закрыли казино. Ребята, лото же осталось.

Ну и последний факт обо мне. В детстве, под впечатлением от сериала «Спасатели Малибу» я мечтал уехать в Австралию, чтобы работать там вместе с Памелой, но потом сериал закончился и мне пришлось остаться в России. Так что, терпите.

778351_900

Автор/фото: Главый редактор «Drive Event» Дмитрий Макаров

×