Писатели, которые повлияли на Егора Летова

14.07.2023

Bookmate Journal сделал подборку писателей, повлиявших на лидера группы «Гражданская оборона» Егора Летова. Делимся со всеми НАШИми.

Если вообразить литературную карту Егора Летова, получится крайне причудливая сеть цитат, связей и пересечений: советская фантастика и русская религиозная философия, французские экзистенциалисты и обэриуты, Достоевский и битники. Про последнюю пару: музыкант часто называл автора «Братьев Карамазовых» своим любимым писателем, а потом говорил, что движение битников — «одно из основополагающих для создания „Гражданской обороны“», и добавлял: «Я, в общем-то, именно оттуда родом». 

Федор Достоевский

Летов в нескольких интервью ставил Федора Достоевского на первое место в своем литературном топе.

Достоевский — мой любимый писатель. Он на голову выше всех (журнал «Периферийная нервная система», 1990 год).

Летов признавался:

Когда мне наступает очередной ***** [конец] (а это бывало весьма частенько), меня вытаскивали Высоцкий, Достоевский, Моррисон, Леннон, Боб Марли и прочие. 

Александр Введенский

Введенский — любимый поэт Летова. Сам музыкант в своих стихах следует традиции ОБЭРИУ. А вот что он говорит про собственное стихотворение «Ночь» («Кролик мусолил капустный листок…») с альбома «Прыг-скок»:

Умопомрачительно и благодарно посвящается Александру Введенскому — поэту и соратнику.

Любимое стихотворение Введенского у Летова — «Потец», тема которого — «загадка смерти». «Потец — это холодный пот, выступающий на лбу умершего. Это роса смерти, вот что такое Потец».

Даниил Хармс

Рассказ Хармса «Рыжий человек» Летов прочитал на альбоме «Чудо-музыка» другой, не менее известной, чем «Гражданская оборона», своей группы — «Коммунизм».

Леонид Андреев

Песня «Красный смех» с альбома «Прыг-скок» группы «Егор и ************ [изумленные]», названная так в честь одноименного рассказа Андреева, широко известна.

Куда менее знаменит трек «Рассказ неизвестного» с альбома «Народоведение» «Коммунизма». Этот трек — цитата из андреевского рассказа «Он»:

Дело в том, что я почему-то умираю. Они все допрашивают меня, что со мной, и почему я молчу, и отчего я умираю. И эти вопросы сейчас самое трудное для меня и тяжелое. Я знаю, что они спрашивают от любви и хотят помочь мне, но я этих вопросов боюсь ужасно. Разве всегда знают люди, отчего они умирают?

Андрей Платонов

Платоновский мир чрезвычайно близок Летову: обоих интересовали темы преодоления смерти, прорыва за пределы человеческого, объединяло их и сходное чувство языка. Летов, подобно Платонову, использовал синтаксические штампы, бюрократизмы, фигуры речи, которые обыгрывал затем в своих текстах с особой поэтичностью. Есть у Летова и Платонова и общие образы, например, песня «Заговор» — как будто переложение платоновской эстетики («все мы растем вовнутрь земли»).

Прямые цитаты из Платонова тоже фигурировали в треках Летова. По его словам, при записи одной из версий «Все идет по плану», нужно было создать «музыкально-звуковую анархию»:

Я нараспев читал свой ранний стих про панков, Манагер декламировал фрагменты из платоновского „Котлована“, а Кузьма страшно матерился, скакал по комнате и стучал по полу разными предметами.

Николай Бердяев

На Бердяева Летов часто ссылается в своих интервью. Основополагающим для музыканта было бердяевское понятие свободы. Свобода по Бердяеву — это сила творчества, не свобода воли, не свобода выбора, но творческое созидание добра и зла:

Бердяев замечательно помыслил: „…для свободы можно и должно жертвовать жизнью, для жизни не должно жертвовать свободой. Нельзя дорожить жизнью, недостойной человека“. 

Маркес — Борхес — Кортасар

Хотел я, по правде сказать, записать напоследок альбом… о любви. Давно хотел. И хотел я назвать его „Сто лет одиночества“. Это очень красиво и здорово. В этом очень много любви — „Сто лет одиночества“. Я уверен, что это и не Маркес сочинил. Все это и до него было. Вообще — все всегда было и будет — это знание. Оно кругом. Вот — в деревне за окошком. В коте моем, который на матрасике спит. Знание не принадлежит никому лично. Так же как и мои песни в высшем смысле не принадлежат лично мне.

Свое творчество Летов сравнивал и с садом расходящихся тропок (по одноименному рассказу Борхеса). Песня «Слепите мне маску» с альбома «Гражданской обороны» «Тошнота» названа так по одноименной строке английского поэта Дилана Томаса, которую, в свою очередь, Хулио Кортасар выбрал в качестве эпиграфа к рассказу «Преследователь». Летов даже мечтал снять кино по «Игре в классики» — книга была близка ему «и по духу, и по жизни», но потом решил, что к кино «нельзя подходить дилетантски».

Чтобы увидеть новость полностью, перейдите на полную версию страницы